Грамотно защитить Байкал. Директор Лимнологического института СО РАН Андрей Федотов высказал свое мнение относительно инициатив Госдумы РФ

В Государственной думе РФ прошли парламентские слушания комитета по экологии, природным ресурсам и охране окружающей среды на тему «Проблемы правового регулирования охраны озера Байкал и социально-экономического развития Байкальской природной территории и пути их решения». Ранее депутат Госдумы РФ, руководитель межфракционной группы «Байкал» Сергей Тен говорил о работе парламентариев над поправками в закон «Об охране озера Байкал».

Сообщалось, что планируемые изменения «предполагают разрешение локальных санитарных рубок в центральной экологической зоне Байкальской природной территории (ЦЭЗ БПТ) для установки селезащитных сооружений и корректировку правил изменения категории земель населенных пунктов. Межфракционная группа работает над законодательным регулированием строительства и капремонта дорог (ЦЭЗ БПТ), земельных отношений в ее границах, мероприятий по снижению количества микропластика в Байкале».

По мнению директора Лимнологического института СО РАН Андрея Федотова, это, безусловно, нужные мероприятия. Но проблема куда шире, и в предложенном проекте Федерального закона «№ 161119-8 О внесении изменений в Федеральный закон «Об охране озера Байкал» и статью 1 Федерального закона «Об охране окружающей среды», есть формулировки, которые на самом деле могут эту охрану ослабить. В своем отзыве на законопроект он поделился основными доводами по проблеме.

лин

 Про перевод байкальских земель из одной категории в другую 

– В пояснительной записке к законопроекту сказано, что он направлен на комплексное решение накопившихся проблем, которые касаются экологической безопасности и социально-экономического развития Байкальской природной территории, а также устранения противоречий между законодательными актами. Да, следует признать, что это актуальные вопросы. Но предлагаемые формулировки, честно говоря, вызывают большую обеспокоенность тем, что мы можем получить после их принятия. А это ослабление охранной функции федерального закона о Байкале. Что, конечно, не способствует гармонизации законодательных актов, как это декларируют разработчики. В статье 10 действующей редакции ФЗ «Об охране озера Байкал» сказано, что пользование земельными ресурсами в центральной экологической и буферной экологической зонах гражданами и юридическими лицами осуществляется с соблюдением требований настоящего закона. В законопроекте этот пункт оставлен, но добавлены еще два. Один из них гласит, что в ЦЭЗ БПТ перевод земель из одной категории в другую осуществляется в соответствии с земельным законодательством, если иное не установлено настоящим федеральным законом.

То есть законодатели хотят ввести норму, что можно менять категорию земель, но каких, не уточняют. Один из доводов заключался в том, что при действующем законодательстве муниципалитеты не могут расширяться, или что негде хоронить умерших. Соглашусь. Но тогда укажите, какие именно земли нужно переводить в другую категорию.

Глава Бурятии сказал, что там есть пять поселков, которые не имеют границ. Назвал поселок Курбулик на Чивыркуйском заливе. Он расположен на землях Забайкальского нацпарка. И нужно земли особо охраняемой природной территории «подрезать» и выделить поселку Курбулик, как земли поселения, то есть другой категории. Выходит, что, с одной стороны, мы должны расширять ООПТ, с другой, сокращаем их территорию. Может, нужно точечно решать проблему, а не огульно? Ведь получается, что теперь мы сможем любые земли – раз такая нужда появилась – переводить в другие категории. Поэтому должны быть уточнения, какие земли переводятся в другую категорию и по каким показаниям.

Про возможное расширение границ муниципалитетов

Также предлагается внести в закон пункт, в котором говорится, что в ЦЭЗ БПТ допускается предоставление в собственность граждан и юридических лиц земельных участков в границах населенных пунктов, сведения о которых внесены в Единый государственный реестр недвижимости, а также в границах особых экономических зон. Это позволит мгновенно переводить данные земли и объекты в частную собственность. По данным государственного доклада, только за 2021 год в Бурятии предъявлено исков на возмещение ущерба природе в центральной экологической зоне на сумму более 6399 тыс. рублей. Если мы будем бесконечно увеличивать число собственников, антропогенная нагрузка на Байкал возрастет еще сильнее. А расширение населенных пунктов и ОЭЗ в ЦЭЗ БПТ возможно только за счет особо охраняемых природных территорий – нацпарков и заповедников. И это впрямую противоречит целям и задачам нацпроекта «Экология».

Я ради интереса посмотрел, сколько стоит дом с участком в ЦЭЗ БПТ – в Максимихе, Горячинске, Гремячинске, по факту многие иркутские квартиры дешевле. В объявлениях о продаже четко написано, что земля находится в собственности, дом 2020 года постройки, проблем с документам нет, готов под ипотеку, программу «дальневосточный гектар». Продают, похоже, не простые люди. Недвижимость уже сейчас там дорогая. Что будет с ценами после принятия закона и после того, как в поселениях туризм станет еще более массовым – вопрос.

Если мы заботимся о людях, которые живут в ЦЭЗ БПТ и не могут сейчас приватизировать недвижимость, то тогда стоит внести в закон отдельную норму, разрешит приватизацию тем, кто, например, занесен в реестр до 2023 года. А сейчас мы работаем на какую-то дальнюю перспективу, когда поселок на берегу Байкала может до бесконечности расширяться.

Или вот довод о населенном пункте, который не может развиваться из-за особых охраняемых природных территорий вокруг него. Допустим, пусть расширяется. Но тогда пропишите, на сколько конкретно процентов он сможет расшириться относительно своей площади на данный момент. Нужны какие-то пределы, мы не Москва-Сити строим на Байкале. А сейчас, если эти изменения в закон будут приняты, это откроет путь к бесконечно допустимому расширению населенных пунктов, туристско-рекреационных особых экономических зон и к размещению на байкальских землях множества государственных и муниципальных объектов.

Про рубки лесов

В статье 11 Федерального закона о Байкале «Особенности использования охраны, защиты, воспроизводства лесов в центральной экологической зоне» исчезла строчка, что в ЦЭЗ запрещаются сплошные рубки. Исключена и норма о том, что запрещен перевод земель лесного фонда, занятых защитными лесами, в земли других категорий, за исключением перевода таких земель лесного фонда в земли ООПТ и объектов при создании ООПТ. То есть раньше земли лесов можно было перевести только в категорию охраняемых территорий, а сейчас в любые.

Я не спорю, что на том же южном Байкале многие леса повреждены бактериальной водянкой. Надо с пожарами бороться. Хорошо, а какие должны быть показания к сплошной рубке? В законопроекте написано дополнение, которое якобы защитит наши леса от сплошных рубок, – «в ЦЭЗ БПТ запрещается заготовка древесины, за исключением заготовки гражданами древесины для собственных нужд».

Это предложение я считаю курьезным. Оно не является исчерпывающей мерой, которая бы обеспечила сохранение лесного фонда. Ведь по нормам Лесного кодекса РФ рубки при использовании лесов производятся не только с целью заготовки древесины, как, к примеру, в случае строительства тех же линейных объектов на БПТ.

Например, с учетом предлагаемого перевода земель, оформления собственности и расширения действующих границ населенных пунктов, представим ситуацию, что человек строит себе дом в стороне от поселения, которое сложилось сейчас. Ему же придется и лес вырубать попутно и что-то с ним делать не для продажи, а для личного пользования.

В предлагаемом законопроекте, на мой взгляд, создается цепочка разрешительной деятельности: «перевод земель в иные категории – разрешение собственности и застройки территории – сокращение площадей лесного фонда».

Далее. Вот мы хотим извести горельник в лесу. Он может находиться в разной доступности. Выходит, чтобы убрать его или очаг поврежденных водянкой деревьев в горах Хамар-Дабана, придется делать туда дорогу, опять же со сплошной рубкой. Или только там, на очаге, сплошная рубка будет разрешена? Куда девать срубленные по пути туда деревья, сложить их рядышком, чтобы сформировать новый очаг для вредоносных насекомых? Или для проведения санитарной рубки задействуют вертолет? Получается, чтобы спасти один условный гектар, придется положить еще пять гектаров леса и непонятно куда потом девать срубленные деревья, которые нельзя продать.

Про всемирное природное наследие

Что касается планов изменения Федерального закона «Об охране окружающей среды». В его статье 1 сейчас дается такое определение объектов природного наследия: «Это природные объекты, природные памятники, геологические и физиографические образования и строго ограниченные зоны, природные достопримечательные места, попадающие под критерии выдающейся универсальной ценности и определенные Конвенцией об охране всемирного культурного и природного наследия». Отсюда хотят убрать обозначенную полужирным шрифтом норму. По закону есть объекты природного наследия и объекты всемирного природного наследия. И чтобы войти в число последних, следует попасть под критерии Конвенции. В ней четко сказано, что одним из признаков объекта природного наследия являются «…строго ограниченные природные зоны, имеющие выдающуюся универсальную ценность с точки зрения науки, сохранения или природной красоты». Таковым, безусловно, является и Байкал.

Если мы выделенную выше фразу вычеркнем, то у нас в стране больше объектов всемирного природного наследия не будет. В российском законодательстве «объекты природного наследия» упоминаются только в статье 12 Федерального закона «Об особо охраняемых природных территориях», где сказано, что в национальных парках ООПТ создаются зоны, в которых ограничивается экономическая и иная деятельность в целях сохранения объектов природного и культурного наследия и их использования в рекреационных целях.

Применительно непосредственно к Байкалу принятие данной поправки законопроекта может привести к тому, что в случае его исключения из списка Всемирного наследия ЮНЕСКО, он переходит в правовой режим охраны окружающей среды на уровне национального парка. Это в лучшем случае, а может, и просто как красивого объекта. Россия сама инициировала включение Байкала в этот список ЮНЕСКО, что помогало популяризировать этот, без преувеличения, уникальный природный объект и охранять его.

В целом, я уверен, что предлагаемые изменения и поправки в законодательство приведут к неконтролируемому увеличению антропогенной нагрузки на водосборный бассейн Байкала и само озеро. Поэтому они требуют глубокой доработки и детализации.

Официальный отзыв на законопроект Лимнологический институт СО РАН направил в адрес председателя комитета Государственной думы РФ по экологии, природным ресурсам и охране окружающей среды Дмитрия Кобылкина и министра природных ресурсов и экологии РФ Александра Козлова.

Общественно-политическая газета «Областная»